Воины в медвежьих шкурах

Воины в медвежьих шкурах

Более тысячи лет назад Харальд Прекрасноволосый основал Королевство Норвегия. Это было далеко не мирным предприятием, так как знатные роды не желали лишаться своих земель. Ему потребовалась армия. На передние боевые порядки он выбирал особенно сильных, решительных иТег«Далее» молодых мужчин, тех самых берсерков. Те посвящали свою жизнь Одину, Богу Войны, и в решающей битве при Боксфьорде, одетые в медвежьи шкуры стояли на носу корабля, «кусали в ярости край своего щита и бросались на своих врагов. Они были одержимы и не чувствовали боли, даже если их поражало копьё. Когда битва была выиграна, воины падали без сил и погружались в глубокий сон». Так говорил один из участников той битвы — Торбьёрн Хорнклофи; в подтверждение тому также строки норвежских и исландских саг.

Берсерк

Они появляются в Саге об Инглингах известного исландского поэта Снорри Стурлуссона: «Мужи Одина шли в бой без кольчуг, и были они дики подобно волкам. Они кусали собственные щиты и были сильны как медведи либо быки. Они убивали неприятелей, в то время, когда их самих не брал ни пламя, ни клинок; это была гнев свирепых солдат».

Возможно, что ветхие песни были пара приукрашены. Однако, кидается в глаза, что все описания изображают свирепых солдат, каковые боролись с дикой, прямо-таки волшебной страстью. В 31 главе «Германии» римский автор Тацит пишет: «Когда они достигали зрелого возраста, им позволялось отращивать волосы и бороду, и лишь по окончании убийства первого неприятеля, они имели возможность их укладывать… Трусы и другие ходили с распущенными волосами. Помимо этого, самые храбрые носили металлическое кольцо, и только смерть неприятеля освобождала их от его ношения. Их задачей было предварять каждую битву; они постоянно образовывали переднюю линию». Только подобные солдаты имели возможность продолжить традицию берсерков.

Буйство берсерков вошло в поговорку. Народная обращение восприняла неоднократное свидетельство «кусания вершины щита». Животные скалят зубы перед нападением. Так же и мы «показываем кому-то зубы», в случае если желаем совершить что-то подобное. Умелые бойцы преследовали цель «ожесточиться», но мы кроме этого знаем об их медвежьих шкурах. И это даёт предлог для всяких толков. Были ли они полудикими молодыми солдатами, каковые дабы доказать собственное мужество, шли в бой с незащищённым телом? Идёт ли обращение о сакральных мужских альянсах, посвящённых Всевышнему Мёртвых Одину, и как солдатах ему помогавших? Были ли они просто безумными, бившимися насмерть фанатиками? Обладали ли они сверхъестественными силами, каковые защищали от ранений? Либо это был наркотический эффект? Страдали ли они наследственными заболеваниями?

Задавая вопросы руководителя и специалиста скандинавской филологии университета города Мюнхена доктора наук Курт Шиер: «В принципе всё вероятно но, но нельзя доказывать всё только письменными источниками. Они датируются не временами Харальда Прекрасноволосого, а записывались значительно позднее. Устное свидетельство очевидца Торбьёрна Хорнклофи стало первым, в котором употребляется слово «берсерк», в двенадцатом веке, лишь через 300 лет по окончании битве при Боксфьорде. Исторические источники редки, да и не надёжны стопроцентно. Запрещено кроме того совершенно верно сообщить и по поводу происхождения этого слова. «Serkr» значит «рубаха» на древнескандинавском языке, из которого позднее развились шведский, норвежский и исландский. Слог «Ber» может происходить от «Bersi» (медведь), или от «berr» (неприкрытый). В зависимости от того, как разглядывать слово berserk, его значение окажется или «одетый в медвежью шкуру», или «идущий в бой раздетым». Это мелкое различие, но крайне важное. Если бы они вправду ходили в бой раздетые, то ничего бы необычного в этом не было. Тацит кроме того так и информирует, что солдаты германских вспомогательных подразделений традиционно сражались с неприкрытой верхней частью туловища. В случае если же берсерки наряжались в звериные шкуры, что громаднейшее количество исследователей и предполагает, то это уже было изюминкой, обычной только для Исландии и Норвегии».

Само собой разумеется, норвежцы и исландцы не изобрели подобное переодевание. «Ранее медвежий культ был распространён более обширно», — растолковывает мюнхенский этнолог доктор наук Ханс-Иоахим Папрот. «Уже на картинках скал каменного века, к примеру, пещеры Труа-Фрере (Trois-Freres) в Южной Франции, мы находим изображения танцоров в медвежьих шкурах. И шведские и норвежские лапландцы праздновали собственный медвежий праздник до прошлого столетия». Ветхий венский германист доктор наук Отто Хёфлер говорит: «Кое-что загадочное имеется в этом зверином переодевании. Оно понималось как превращение, не только зрителями, но и самим переодевающимся. В случае если танцор либо солдат наряжался в медвежью шкуру, то сила зверя, само собой разумеется, в переносном смысле, переходила в него. Он действовал и ощущал себя как медведь. Подобное возможно принимать как особое северное развитие обычая, что коренится в старейшем культе звериных личин». В медвежьих шапках британских гвардейцев, защищающих Тауэр, возможно видеть остатки этого культа.

Берсерк

Переодевание в медвежьи шкуры, быть может, стало обстоятельством того, из-за чего солдаты считались в этих шкурах дикими и неуязвимыми. Но из-за чего они приходили в гнев и бушевали, как берсерки? Быть может, что они попадали во власть что-то аналогичного волшебному экстазу и ощущали, что они одержимы яростным звериным духом. Это предположение подкрепляется описанием ярости берсерка из саги об Инглингах. В том месте дикие солдаты зовутся «Мужами Одина». Один (у южных германцев Вотан) во многом схож с этими солдатами. Один из его качеств — Всевышний Войны, «Господин Ярости». Он будит в германских бойцах воинское мужество, смелость, выносливость, смотрит за тем, дабы самые лучше солдаты были в его дружине в решающем бое финиша света. Как Вотан он командует дикой охотой (wilde Jagd), которая шумит ночными штормами и которую никто не в силах задержать. Второй его нюанс — он самый умный из Всевышних, одарён такими силами, в каковые никто не посвящён и не смеет обладать так же искусно как он. Шаман, хранитель знаний, религиозных и тайных мистерий. Мастер магии, которой помогают звериные духи, хозяин воронов и волков — животных полей сражений. Если он восседает в Асгарде, то недалеко от его ног сидят волки Гери и Фреки, вороны Хугин и Мунин, каковые информируют ему все происшествия мира.

Предполагаемая вера берсерков в одержимость животными, «звериным духом», в полной мере проста. Этнографы подтвердили, что и в других государствах случалось подобное. В случае если «дух» овладевает человеком, то он не ощущает ни боли, ни усталости. Но в то время, когда это состояние оканчивается, то одержимый погружается в глубочайший сон.

Были предприняты и другие попытки объяснения «ярости берсерка», где источник аналогичной мощи не трансцендентные силы. Состояние опьянения, приступы неистовства, галлюцинации и последующая усталость могли быть позваны химическими субстанциями, в частности мускарином, ядом мухомора. Сейчас мы знаем, что люди при отравлении мухомором дико бьются около себя, они возбуждены, их посещают бредовые мысли. В окружающих и докторах, они видят сказочных существ, всевышних, духов. Токсичное воздействие заканчивается спустя 20 часов, а после этого люди, погружаются в глубочайший сон, из которого они как правило просыпаются только спустя 30 часов. Исследователи знают, из-за чего люди по окончании потребления мухоморов становятся такими: химические процессы появляются из-за галлюциногенов схожих с LSD, мускарин — один из них, изменяет скорость импульсов нервных окончаний, приводит к чувству эйфории. Но возможно и противоположный эффект, из-за громадного его количества, bad trip (дословно «нехорошее путешествие»), что может окончиться смертью. Но необычны наступающие трансформации, обусловленные этим веществом, каковые появляются изначально лишь у одного человека, а позже распространяются на всех. На любой техно-вечеринке возможно замечать схожий эффект. Поведение человека, принявшего галлюциноген, ритмичная музыка, монотонные хлопки, притопывания приводят в это же состояние и других. Эта «синхронизация» осуществляется активизацией характерной телу нейротрансовой совокупности, воздействие которой схоже с действиями наркотиков. Так, появляется динамика, которую возможно назвать «коллективный экстаз». Предполагают, что берсерки знали это и лишь пара предводителей «подбадривали себя допингом» из мухомора. Определённо, что они знали какое воздействие, он оказывает на человека. Геттингенский доктор наук психиатрии Ханскарл Лойнер: «Мухомор играется с начальных времён необыкновенную роль мифологического средства на субарктических и арктических пространствах. Он употреблялся живущими тут племенами для экстатических практик». Но однако нет правильных доказательств аналогичной теории. Ни в каких источниках нет упоминай о подобном поднятии сил. Но это не мешает некоторым историкам. Они вычисляют: «Как раз вследствие того что лишь северные солдаты знали воздействие мухомора, они скрывали это знание, храня неуязвимость и бесстрашие Всевышних». Но так ли это?

Кое-какие этнографы предполагают, что берсерки принадлежали к определённым тайным альянсам либо семьям, в которых знания загадочных сил либо «растений силы» передавались много поколений. Другие считают, что существовали объединения берсерков «мужские альянсы», и что проявление ярости берсерка было опробованием на смелость, которое требовалось каждому молодому мужчине при вступлении во взрослый альянс. У большинства первобытных народов возможно было замечать такие ритуалы с танцами в масках и экстатическими состояниями. Необъяснимым, но, в данной теории остаётся то, что ни в каком из скандинавских источников ничего аналогичного не существует.

Медики также внесли свою лепту в вопрос берсерков: «Легендарная сила берсерков не имеет ничего общего ни с духами, ни с наркотиками, ни с волшебными ритуалами, а была заболеванием, передающейся по наследству», думает доктор наук Джессе Л. Байок. Исландский поэт Эгиль был вспыльчив, зол, непобедим кроме этого как его дед и отец. Упрямый темперамент, а голова его была такая массивная, что и по окончании смерти Эгиля не было возможности расколоть её топором. Так написано в саге об Эгиле. Описания в том месте указанные разрешили Байоку определить то, что семья Эгиля страдала от синдрома Пагета, наследственной болезни, при которой происходит неконтролируемое повышение кости. Доктор наук Байок: «Остнанки человека обновляют себя неспешно и в большинстве случаев структура кости за 8 лет обновляется. Но заболевание повышает новообразования и темп разрушения так очень сильно, что через чур очень сильно, некрасиво меняет структуру кости, и те становятся намного больше, чем прежде». Особенно заметны последствия синдрома Пагета на голове, кости её становятся более толстыми. В Англии от 3 до 5 % мужчин старше 40 лет подвержены данной болезни. Но возможно ли приписывать миф около берсерков лишь наследственной болезни?

История так же, как и прежде таинственно и упрямо сопротивляется разгадке. Обдумайте всё вышесказанное и представьте себя на месте конунга Хаарльда Прекрасноволосого: вы желаете покорить Норвегию, основать королевство, большое количество судов находится у вас в распоряжении, большое количество хороших, храбрых и испытанных в борьбе солдат, но и соперники имеют такие же возможности. Вы имеете возможность улучшить собственные шансы только лишь тогда, в то время, когда соперники не будут в состоянии противопоставить вам что-либо. Это смогут быть элитные подразделения, берсерки. Они занимают особые места на корабле, в том месте где случатся первые столкновения. И сейчас поразмыслите, какой должна быть эта элита. Истерически одержимые? Неопытные юноши-наркоманы? Накаченные допингом из мухоморов? Возможно, вероятнее, как раз члены «мужского альянса», каковые посвятили себя Одину. Самых лучших ставили на носовую часть судна, и они были научены не только красивому владению оружием, но и были подготовлены психологически к такой роли. И элитные солдаты знали, как запугать неприятеля рычанием, агрессивным поведением и как защититься от рубящих ударов плотной медвежьей шкурой, и лишь высшим напряжением, не ослабевающем «ожесточением» они имели возможность как правило одержать победу. Эта элита была уверенный в величии решаемого ими задания, они были мотивированы, их естество было в соответствии с с поставленной целью. И личная преданность этих солдат находит параллели с нашим недавним прошлым. И быть может, исходя из этого французский исследователь Ж. Дюмезиль не обратил внимания, и совсем зря, на германские военизированные организации до 1945 года, такие, как SA и SS, в качестве социальных и психотерапевтических явлений.

В литературе берсерки довольно часто появляются парами, много раз их сходу двенадцать. Они считались личной охраной древнескандинавских конунгов. Это показывает на элитарный темперамент данной касты солдат. Разве властители стали бы себя окружать безумными, невменяемыми солдатами? Определённо нет, тут были только лишь самые умелые. Непреложная верность собственному властителю видится в нескольких местах ветхих саг. В одной из саг у короля датчан Хрольфа Краке было 12 берсерков, каковые были личной его охраной: Бёдвар Бьярки, Хьялти Хохгемут, Цвитсерк Кюн, Вёрт, Весети, Байгуд и братья Свипдаг.

Но берсерки не могли быть лишь у конунга Харальда Прекрасноволосого. Тацит упоминает особую касту солдат, которую он именует «Harier» и каковые несут все показатели берсерков, это было 800 лет до битвы при Боксфьорде: «… они упрямые солдаты. Им характерна природная дикость. Тёмные щиты, раскрашенные тела, выбирают чёрные ночи для сражения и селят ужас в соперниках. Никто не устоит перед необыкновенным и как будто бы адским видом их». «Harier» значит «Солдат» и Один звался средь них «Herjan», «Господин Солдат». Никто из них не имел собственного дома либо поля, какую-то заботу. Они приходили к кому угодно, их угощали, они пользовались чужим, они были легкомысленны в собственных делах, и только слабость старости делала их негодными к воинской жизни. Они считали стыдом умирать в собственных кроватях от дряхлости и при близкой смерти они закалывались копьём.

Возможно, что мысль борющегося солдата против превосходящих сил соперника происходит из ещё более раннего индоевропейского времени. Рисунок на греческой вазе из Кэре (Care) показывает нам европейца в борьбе с множеством иных, но сильных соперников. Кое-какие исследователи растолковывают картину из-за находящегося в том месте алтаря так: «Определённый на жертву ариец освобождается от своих пленителей». Но обращение в основном идёт о «обычной» борьбе нордического человека с «привычным» перевесом его неприятелей.

Можем ли мы возродить берсерков для отечественного времени, времени поражения свободы, собственной религии, форм и первоначальной идентичности этого всего? Пара вещей должны: неустрашимость, смелость, настойчивость, верность целям. «Тевтонская гнев» пагубна в современном применении, сопряжена с тяжелыми потерями. Современность создаёт новый тип борца, что отличается безотносительной скрытностью, незаметностью со средой. Он планирует акцию, воздействие с крайней тщательностью, не говорит ни с кем об этом, делает проект и делается прошлым, «безвредным соседом», как раньше. Он малоизвестный, безымянный подпольный боец.

Возвратимся к берсеркам. Через 200 лет по окончании битвы при Боксфьорде на Скандинавию обрушились христианские миссионеры. Ветхие образ жизни и языческие обычаи запрещались, например, борцы в звериных шкурах. Изданный в Исландии закон 1123 года гласит: «Увиденный в неистовстве берсерка будет заключён 3 годами ссылки». С того времени солдаты в медвежьих шкурах провалились сквозь землю.

 

 

Easy Related Posts

0 Комментариев

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Свяжитесь с нами

Отправка

Войдите со своими учетными данными

Забыли свои данные?